Был ли Пикассо вдохновлён африканским искусством? Вековой спор разгорелся заново

В мире искусства иногда всплывают такие дебаты, которые не утихают десятилетиями. В этой статье расскажу вам о свежем повороте в старой дискуссии вокруг одной из самых революционных картин Пабло Пикассо – “Авиньонских девиц” (Les Demoiselles d’Avignon). Эта работа 1907 года считается поворотным моментом в истории современного искусства, она открыла дверь кубизму и перевернула представления о живописи. Но откуда взялись те странные, угловатые лица на полотне? Французский коллекционер Ален Моро недавно заявил, что африканские маски тут ни при чём – мол, всё дело в средневековых каталонских фресках. А ведущие искусствоведы возражают: влияние Африки очевидно и фундаментально. Давайте разберёмся в этой интригующей истории.

Шедевр, который впечатлил мир

Представьте: 1907 год, Пикассо показывает друзьям свою новую картину. На ней пять обнажённых женщин в странных позах, с лицами, словно вырезанными из камня, и пространством, которое ломает все правила перспективы. Это было как взрыв! Картина отвергла традиции западного искусства и стала предвестником кубизма. Искусствоведы долго гадали, что подтолкнуло Пикассо к такому радикальному шагу. Многие связывают угловатые лица двух фигур справа с африканскими племенными масками, которые в начале XX века попадали в Европу как трофеи колониализма. Их выставляли в парижском музее Трокадеро, и Пикассо там бывал. Он сам потом признавался другу Андре Мальро: “Маски были не просто скульптурами, они были волшебными вещами”. Это звучит как прямое подтверждение.

Искусствовед Альфред Барр, первый директор Музея современного искусства в Нью-Йорке, который купил картину в 1939 году, тоже считал, что влияние искусства Кот-д’Ивуара и Французского Конго здесь ключевое. Но Пикассо, услышав это, отрёкся от африканских корней и заявил, что черпал идеи из древней иберийской скульптуры, вроде рельефов Осуны в Лувре.

Новая теория от “детектива искусства“

А теперь свежий взгляд: Ален Моро, коллекционер и самопровозглашённый “детектив искусства”, развивает свою идею с 1995 года. В недавней статье в журнале Bulletin и в испанской газете La Vanguardia он утверждает, что летом 1907 года Пикассо ездил в Испанию и мог увидеть средневековые каталонские фрески. Речь о потерянных теперь росписях в церкви Ла Велья де Сант Кристòфол в Кампдеванол. Моро видит сходство в стилизованных лицах святых с искажёнными чертами на картине Пикассо. Чтобы подкрепить свою точку, он даже разобрал одну африканскую маску, которую Барр выставлял рядом с картиной в MoMA в 1939 году. Оказывается, эта маска попала в Европу только в 1935-м, слишком поздно для Пикассо. Но, конечно, это не исключает другие маски, которые художник мог видеть раньше.

Эксперты считают, что не следует все сводить к одной теории. Пикассо ценил разное искусство и многим интересовался. Поэтому вдохновиться он мог чем угодно.

Эта дискуссия напоминает, насколько искусство Пикассо многогранно и как оно отражает эпоху: с колониализмом, культурными обменами и поиском нового. Не важно, был ли главный толчок от африканских масок или каталонских фресок, главное, что “Авиньонские девицы” изменили искусство навсегда.